Про быт

Выходные провели, осваиваясь в апартаментах, знакомясь с окрестностями, посещая магазины, разъезжая по городу – опять же, в познавательных целях. Городок, где нам предстояло провести ближайшие четыре недели, был тихий, спокойный, и публика, там жившая, была явно обеспеченности выше средней. Практически отсутствовали негры (пардон, афроамериканцы, потому как компания за политическую корректность была в самом разгаре, вызывая сдержанные насмешки со стороны здравомыслящих и образованных американцев), работы же, по моим понятиям, им отводимые, здесь выполняли латиноамериканцы – из Мексики, Эквадора, Венесуэлы. Они были прислугой в отеле, они стригли и пылесосили газоны, работали уборщиками. Как-то сразу стало понятно, что по улицам в любое время суток можно ходить абсолютно безбоязненно.

Апартаменты наши, назывались они Residence Inn, предоставляли всем своим постояльцам завтраки, мы с утра шли в ресепшн, брали фрукты, хлопья всякие, соки или молоко, кофе, булочки, джемы… Тем, кто приходил пораньше, доставались ещё газеты – USA Today и какая-то местная. При желании можно было со всем этим хозяйством выйти на улицу, усесться под зонтиком вблизи бассейна и завтракать, просматривая прессу. Ужин там не полагался, зато был так называемый Hospitality Hour – Час Гостеприимства, когда выставлялись всевозможные салаты, легкие закуски и либо пиво, либо вино, причём как и утром, съесть (и выпить) можно было сколько влезет. В предпоследний день, 17 марта, случился День Святого Патрика. Очень многие американцы его празднуют, полагая себя потомками ирландцев, чьим покровителем он (Патрик) является. Задолго до этого во всех магазинах торговали чем-нибудь (футболками, кружками и прочим) с изображением зелёных листьев клевера, а в отеле в тот вечер нас угощали ярко-зелёным пивом.

Днём же все номера убирались горничными, как правило, латиноамериканками. На столе в номере у нас была карточка, сообщавшая, что они не говорят по-английски и что если возникают вопросы, следует звонить в ресепшн. Стою я как-то на крылечке, курю. Девушка-горничная везет тележку с полотенцами и простынями. Сверху – куча чистых, выглаженных, а в нижнем отделении тележки валяются снятые ею в убранных номерах. Тележка наезжает колесиком на бордюр, пара полотенец сверху падает на… Не на землю даже, а на аккуратнейшего вида газон. С моей точки зрения было бы совершенно естественно, если бы она эти полотенца положила обратно – на них ни пятнышка не появилось. С её же точки зрения естественным было поднять эти полотенца и бросить их вниз, к использованным. И ведь не видел ее никто из начальства.

Публика, жившая там, была американской и чуть-чуть канадской. Вообще, в таких апартаментах, как мы выяснили, селятся те, кто переехал в Калифорнию и подыскивает жилье, те, кто приехал работать по контракту и просто туристы. То, что мы русские, знали, похоже, все. Но не было ни разглядывания в упор, ни показывания пальцем. Барменом, который наливал кофе и подкладывал булочки на подносы, был очень жизнерадостный парень, из Эквадора. На вопрос-приветствие: How are you?, заданный в пятницу, он, улыбаясь, отвечал: Fine, Sir. Weekend is beginning! А в понедельник с той же улыбкой он говорил, что уик-энд только что прошел и что все fine. Улыбались все и всюду. Поначалу было слегка не по себе, когда подходишь к кассе, а кассир тебя приветствует и улыбается, улыбается. Как-то зашли мы в магазинчик, распахиваем дверь, раздается мелодичный звонок и девушка-продавец, стоящая метрах в 10 от двери, улыбаясь, что-то говорит нам. Ну, думаю, наверное, учёт у них или пересмена. Подхожу поближе, переспрашиваю. Она мне: Сэр, я сказала «Здравствуйте!». Дней через пять я почувствовал, что улыбка на лице появляется сама собой, а потом почувствовал, что и лицевые мышцы расслабились, никаких усилий не надо прилагать, чтобы улыбнуться прохожему, продавцу, первому встречному.

В номере у нас было все для жизни необходимое: кухня с посудомоечной машиной, микроволновкой, плитой. Была посуда и холодильник. Номера у нас были двухэтажные (двухуровневые, строго говоря), посему на каждом этаже было по телевизору, а внизу еще и видеомагнитофон. Был и камин, и пачка дров из магазина. Температура при нас ниже +20 не опускалась, так что камином мы не воспользовались. Кондиционер тоже был. Смущало нас поначалу какое-то звяканье по ночам, выяснилось, что это холодильник производит кубики льда для напитков, и  они падают в специальную посудину. Да, на каждом этаже было по санузлу, куда горничные ежедневно выставляли мыло и шампунь с символикой отеля. Кроме этого, ежедневно возобновлялись запасы кофе, чая, сахара и иногда – попкорна для микроволновки.

Между нашими домиками находилась еще и джакузи, она же – спа: круглый бассейн с регулируемой температурой воды и струями, бьющими со дна. Забираешься, включаешь, пьешь пиво и тащишься. Бассейн этот был общеотельным, конечно, но мы считали его своим и забирались в джакузю (нравилось нам склонять это вкусное слово!) каждый вечер. Игорь З., который из Англии, открыл нам глаза на то, какое мы можем производить впечатление на соседей: пять мужиков, говорящих на незнакомом языке, большую часть времени проводят вместе, да и плавки на них какие-то не американские – не болтаются до колен. А кто в узких плавках по Америке ходит – гомики (пардон, представители секс-меньшинств)! Мы повеселились, действительно, тогда в России это было в новинку – в качестве пляжных трусов использовать семейные.

Да, и ещё одно заблуждение мог наш визит создать у американцев (на этот раз я о тех американцах, с которыми мы проводили время в офисе). Приезжают пятеро, из которых два Александра и три Игоря. Что им думать о наиболее популярных в Росии именах? :)

Непосредственно к отелю примыкали две дилерские конторы, торговавшие «Фордами» и «Тойотами». Через их площадки мы повадились ходить в здоровенный магазин системы Target. Это уже потом я узнал, что таких магазинов полно по всей Америке и что они характеризуются умеренными ценами. Мы ходили туда регулярно, по вечерам – и купить, что присмотрели ранее, и познакомиться с его географией – шибко он был велик. К тому же, там периодически случались распродажи – на какой-нибудь товар объявлялись существенные скидки на ограниченный промежуток времени.

Должен сказать, что шока, многократно описывавшегося, от изобилия товаров у меня почему-то не было. Ни в Target'е, ни в магазинах, торговавших продуктами. Интересно – было, не спорю, но без шока.

Ужины мы решили готовить сами. Продукты мы покупали в большущем магазине, находившемся в Manhattan Village Shopping Mall, пытались делать это раз в неделю, как у них принято. Самое трудное при этом было сделать выбор между несколькими десятками наименований хлеба ли, кофе или сыра. Будучи людьми грамотными, мы пытались прочесть аннотации и теряли массу времени. Я как-то спросил у нашего «англичанина»: Игорь, как ты в своей повседневной жизни с этой проблемой справляешься? Нет никакой проблемы, - сказал он. – Ты покупаешь то, к чему привык, а на остальное не обращаешь внимания. А первоначальный выбор во многом случаен.

Мы покупали продуктов долларов на сто, грузили в тележку, вывозили их за пределы магазина, а затем с пакетами в руках топали домой. Могу смело утверждать, что мы были единственными, кто таскал продукты из магазина пешком. Зато дома мы порой даже борщ варили. Пили преимущественно соки и пиво. Водку, привезенную с собой, тоже. Но весьма умеренно.

Пиво в Америке так себе. Продается и немецкое и мексиканское, но заметно дороже. На пиво тоже случаются скидки – и порой весьма значительные. Кофе – гадость. Один знакомый итальянец, еще в России, размахивая руками, горячился: Когда я приезжаю в Америку, то так и прошу, имея в виду их кофе – Dishwater, please! (Помои, пожалуйста!). И почему-то популярен кофе без кофеина. Они бы еще водку безалкогольную придумали! :)

Системой скидок и купонов в полной мере мы не воспользовались, было в лом, как выражается мой ребёнок. Но те купоны, которые мы иногда брали с собой в магазин, действовали безотказно. А доставались они нам двумя путями: при покупке выбивают чек, на обратной стороне которого с некоей периодичностью находятся купоны. Чем больше покупаешь зараз, тем длиннее чек, тем больше шансов, что получишь купонов поболее. И в газетах масса вкладышей с купонами же, объявляющими о скидках. Вырезай, складируй – и вперед!

Еще впечатлило, что купленный товар (речь не о продуктах) можно без проблем сдать обратно. Ребята наши, спустя неделю поняли, что местами погорячились, приобретя товар – увидели то же, но посимпатичнее. Пошли мы с ними сдаваться. Чек с собой, объяснение наготове… Только его и слушать никто не стал, говорят: Вам как удобнее: деньги вернуть или будете что-нибудь покупать у нас на эту сумму? Мы этим не злоупотребляли, но кое-что, в спешке купленное, вернули и деньги забрали.

Увидев впервые в жизни банкомат (кажется, зовут их Automatic Teller Machine, ATM), вмурованный в стену какого-то здания, я искренне решил, что это что-то вроде точки по продаже разливного пива. И очень удивился. Надо сказать, что по внешнему виду тамошние банкоматы не похожи на те, которые расставлены у нас по городу сейчас.

Про местных

Несусь я как-то в обед по магазину, спешил куда-то, не помню. В проходе, довольно широком, стоит здоровый негр, рядом с ним топает ребёночек. От папы и обратно. Я прикинул, что я их не задену и продолжаю движение быстрым шагом. Ребёночек делает финт, я пытаюсь его обойти и наступаю мужику на ногу. Из меня вырывается: «Блин! Изви…! Sorry!» И почему-то (то ли со страху, то ли от неожиданности) продолжаю свой путь, не останавливаясь. Мужик орёт мне вслед: Sorry you!. Я, пребывая в некотором раздумье, простил он меня или наоборот, крикнул что-то вроде «Урою, гад!», на всякий случай обратно пошёл другим путём. Вечером, проконсультировавшись с Игорем З., понял, что мужик всё видел и меня не винил.

Однажды, заглянув вечером в Target, увидел очередь. Народ стоял за автографами. Вспомнил, что накануне видел объявление о визите в наши края баскетбольного цирка — команды Harlem Globetrotters. Походив по магазину, пошёл к выходу, смотрю — очередь рассосалась. Подошёл и я. За столом сидит здоровенный и абсолютно лысый дядька. Чёрный. Рядом очень симпатичная дама, белая. Как я понял, это была его супруга. Я, чуть робея, попросил автограф, те, услышав акцент, поинтересовались, откуда я. Узнав, что из России, обрадовались, подписал он мне две своих фотографии, спросил, видел ли я их команду. Я честно сказал, что только по ТВ и что был потрясён их мастерством и чувством юмора. Он пригласил на их представление, но, к сожалению, оно должно было состояться уже после нашего отъезда. Кличка у этого лысого была Curly (Кудряшка), он ещё предлагал мне мяч их фирменный, но я чего-то застеснялся. (Когда спустя некоторое время, я рассказывал об этом ребёнку дома, был всячески обозван и охаян, и мне было обещано это не раз припомнить. :))

Как я уже писал, городок наш был чрезвычайно спокойным местом. Всего один раз, вечером, стоя у дверей магазина и дожидаясь коллег, мы с Игорем К. увидели пьяного, который вежливо приставал к выходящим из магазина — мелочь тряс с них, что ли. Нас он не замечал, но Игорь стал меня с того места оттаскивать. Я хорохорился, что, мол, я его не трогаю, а полезет — ему же хуже, в лоб дам. Игорь упорствовал, говоря: «Я тебе потом объясню!». Объяснил. «Ну вот дашь ты ему в лоб. Заберут вас в полицию. И будь ты хоть трижды прав, хоть спасал жизнь кому-нибудь, полицейские обратят внимание на твой английский, паспорт твой им в диковинку… Пока разберутся, ночь в участке проведёшь. Оно тебе надо?» Оказалось, остальных наших инструктировали перед отъездом, когда я уже уехал в Москву за билетами, ни во что не ввязываться. Хотя, много позже, я узнал, что шанс быть остановленным полицией, у меня всё же был. В самый первый день, топая к океану, я купил бутылку пива и принародно её распивал, благо, приятно было попить пива под тёплым калифорнийским солнцем, вспоминая вчерашние  московские -20 С. Не знал я тогда, что это возбраняется, что надо запихивать бутылку в бумажный пакет, и тогда никакой коп не вправе будет покуситься на твою (твоё?)  privacy.  Но никаких полицейских нам на глаза не попалось (или нас - им).

Мы с Ильёй тогда горячо болели за баскетбольную команду  Chicago Bulls и, разумеется, восхищались Майклом Джорданом. Так совпало, что он в то время решил перейти в бейсболисты, и в Америке вовсю раскручивали нового претендента на баскетбольный трон – Шакила О”Нила. А найти постер с Майклом, или майку с его номером и фамилией было совсем не просто. Рынок, блин. Слава Богу, Джордан вернулся, и всем стало ясно, кто же №1 в баскетболе. Но это было потом, в следующем году. А в феврале и марте, совершенно на равных с НБА, в телеэфире царил студенческий баскетбол, причём в марте НБА оказалась задвинута на второй план – началось «мартовское безумие» - игры плэй-офф у студентов. Я подбивал своих коллег съездить на какой-нибудь матч НБА, благо в Лос-Анджелесе аж две команды, но поддержки не получил. А позже, передумал и сам. Мы были недостаточно мобильны (машину в прокат брали только на уик-энды), а мест, интересных всем, было ещё ого-го сколько.

А ещё раз, когда я утром спешил на почту, ко мне подвалил небритый дядечка в мятой одежде и попросил закурить. Боже, как он был смущён и как извинялся! Он говорил что-то про трудные времена, что вообще-то он ни в жизнь себе бы такого не позволил. Я бормотал, что всё ОК, что у всех бывает.

Как-то раз пошли мы с Сашей в видеопрокат, решили взять пару кассет. Выбрали, клерк спрашивает, как будем платить. Я говорю, наличными. Он: могу я глянуть на ваши права? Я: Саша, у тебя права с собой? Даём ему советские права. Он звонит шефу (на другой конец города): Босс, тут какие-то французы платят кэшем…Я: Мы из России. Он: Босс, они из России. Ага, понял. Нам: ребята, давайте так: деньги (залог) вы заберёте в главной конторе. Мы: а далеко? Он: да нет, рядом, миль тридцать.. Я: Не пойдёт. Давай так: вот тебе сто долларов залога, ты их в тумбочку, а завтра утром мы вернём кассеты и их заберём. Он звонит боссу. Говорит: не пойдёт, деньги по ночам у нас собирают и утром их может не быть. Я ему: Давай рассматривать наш случай как особенный. Он звонит опять и говорит: Шеф, эти русские предлагают рассматривать их случай как особенный… Затем предлагает нам позванивать в их лавку, за неделю, может, у них сто баксов и появятся. И так мы с ним вяло препирались полчаса. Он звонил шефу и воспроизводил наши варианты и узнавал ответы на наши вопросы. Мы плюнули и ушли. По дороге к отелю набрели на ещё одну прокатную лавочку, зашли и с порога спросили: мы из России, вот права, платить хотим наличными, можно? В ответ – без проблем, завтра приносите кассеты — забираете бабки. Наутро я приношу кассеты и говорю: видик у нас в отеле простенький, без трекинга, одна киношка не стала показываться. Без проблем — говорят, — вам как удобнее, вернуть деньги за прокат или ещё что-нибудь возьмёте? А вообще в Америке наличными рассчитываться не принято в большинстве мест. Хотя есть и магазинчики, кэш приветствующие, и даже дающие скидки, если платишь наличными. В основном это индийцы, китайцы. Как-то они от налогов убегают таким образом.

Океан, Palos Verdes, даунтаун

В один из уикэндов мы отправились «смотреть китов». Кто-то сказал Игорю З., что если в это время года выехать к берегу океана, то можно в непосредственной близости от берега увидеть мигрирующих китов. Скажу сразу, что китов не было, что желающие их увидеть нанимают судно и идут далеко от берега, и если им везёт, то… Тем не менее, наша поездка была интересной и без китов.

Сначала мы поехали к индийцам покупать видик мне и музыкальный центр Игорю А. Архитектура в том районе (название уже выветрилось) была типично индийской, по улицам ходили одни индийцы. Как у Андерсена: «В Китае все жители китайцы…»

Торговались мы долго, но гораздо менее успешно, чем ранее, в Голливуде.  Хотя начало было обнадёживаюшим — начальная цена той же самой железяки, что была куплена на Голливудском бульваре, была ниже той, до которой тогда доторговались ребята, и им пришлось буквально затыкать мне рот, чтобы я не заорал: «Беру! Заверните, пожалуйста!» Толстый усатый индиец, притворно вытирая пот со лба, называл нас tough guys (крутыми парнями), но цену сбрасывал крайне неохотно. По окончании торговли он поручил помощникам упаковать наши коробки в чёрные пластиковые мешки, сказав при этом: «чтобы плохие парни не увидели, что вы везёте».

На пути домой мы заехали в офигенных размеров магазин, точнее собственно магазинов там была тьма, а располагались они внутри трёхлучевой звезды, в вершинах которой находились какие-то крупные супермаркеты всеамериканских сетей (названий уж не упомню). Мы там, естественно, разбрелись, и вот идём мы с Игорем К. по одному из коридоров, вдруг нам навстречу выбегает Саша с криком: «Ребята! Наконец-то я вас нашёл!» На стоянке машин была тьма-тьмущая, и нашу мы нашли далеко не сразу. Там и дождались остальных.

Про океан. Подъехали  мы к смотровой площадке, остановились. Берег обрывистый, высоченный. В дымке (не смога!) видны силуэты небоскрёбов даунтауна. И побережье, уставленное домиками. Там мы единственный раз снялись все пятеро — Игорь К. Попросил щёлкнуть камерой девочку из кампании, расположившейся неподалёку. Поняв, что китов нам увидеть не суждено, просто поехали вдоль берега. Приехали в конце концов в некое курортное местечко под названием Палос-Вердес, в непосредственной близости от Лонг-Бич. Место совершенно идиллическое, тишина, зелень, цветы, пальмы, размеренно гуляющая публика, старинный (по американским меркам) маяк, напомнивший нам почему-то здание таможни из «Белого солнца пустыни». Гуляя по этим чуть ли не райским кущам, набрели мы на кафе, у входа в которое стояли, сияя хромированными деталями, мотоциклы весьма крутых марок  — «Харли-Дэвидсоны», «Ямахи» и прочая. В самом кафе сидели, пили пиво и угощали подруг мужики с длиннющими седыми волосами и бородами, все в кожанках, с банданами в черепах, в футболках с решительными надписями. (Подруги, к слову, были вовсе не старухи). И завершала  эту весьма целостную картинку звучащая из музыкального автомата с пластинками песня в исполнении Doors. Джим Моррисон смотрелся бы тут своим. Тем не менее, мы спокойно там посидели, попили пива, а потом наблюдали разъезд рокеров на своих сияющих мотоциклах. Саша даже сумел поболтать с одним из них.

Мы решили, что эти ребята не то ископаемые из «золотых шестидесятых», не то приманка для туристов.

Начинало темнеть. Мы полюбовались бухтой у Лонг-Бич, а потом решили съездить посмотреть даунтаун. Въехав в него, мы были удивлены обилием мусора на тротуарах, обилием немытых личностей бомжеватого вида, снующих по улицам. Владельцы магазинчиков закрывали их, гасили свет и тут же опускали металлические жалюзи. Выходить из машины откровенно не хотелось. Но выпитое пиво  требовало. Игорь К. сообразил, что в забегаловке типа МакДональдса соответствующее заведение быть обязано и мы припарковались у одного такого. Ведомые шестым чувством, мы с Сашей прошмыгнули по коридору и единственный раз за всё время пребывания в Америке наткнулись на платный туалет! Бросаем квотер, дёргаем за ручку  — ничего. Бросаем другой — дверь не открывается. Переминаясь с ноги на ногу, дожидаемся, когда она открывается изнутри и проскакиваем мимо выходящего. Тем временем Игорь К. был послан из машины на разведку — не случилось ли с нами чего. Он остановился  у входа, и, по его словам, чувствовал себя не очень уютно под взглядами посетителей (преобладали афро- и испаноамериканцы) и, особенно он привлёк внимание охранника, увешанного ключами, дубинкой-фонариком, пистолетом и Бог его знает чем ещё.

Отъехав на пару кварталов с главной улицы (звали её, конечно же, Бродвей), ребята решили выйти и поснимать на видео подсвеченные небоскрёбы. Мы ждали их в машине, не теряя из виду. Вот они двинулись обратно, к нам. В это время к остановке подкатил автобус. Какой-то чёрный тип, решив, что ребята спешат как раз к автобусу, стал прыгать перед ним, размахивая руками и что-то крича. Автобус его объехал и исчез, после чего парень двинулся за нашими ребятами. Те, добавив ходу, неслись к машине. Едва они впрыгнули, машина резко взяла с места и догонявший успел только постучать кулаками по заднему стеклу. Хотел ли он расколоть их на пару долларов за услугу, или ему понравилась видеокамера — разбираться у нас не было времени.

Наутро, придя на работу, мы рассказали, что накануне вечером ездили в даунтаун. На нас странно посмотрели и сказали: «Ребята, да вы что?! Мы туда днём не решаемся показываться!» Не знаю, насколько они говорили это всерьез.